управляющий директор по макроэкономическому анализу и прогнозированию «Эксперт РА»
- Дизайн мер помощи экономике и потребительскому спросу, заявленных правительством РФ и Банком России с начала кризиса, указывает на расчет на быстрое прохождение карантина и короткий период шокового состояния мировой экономики с последующим быстрым восстановлением в 2-м полугодии благодаря эффекту от беспрецедентных программ поддержки, принятых и реализуемых в США, Великобритании, Германии и Китае.
- При таком сценарии тактика на ближайшие месяцы — разнообразные кредитные и налоговые каникулы, беспроцентные и низкопроцентные кредиты, расширение пособий по безработице на федеральном и региональном уровнях. Средства ФНБ до середины года будут преимущественно тратить на компенсацию выпадающих бюджетных доходов (из-за снижения экономической активности и падения цены на нефть), а также расширение социальных расходов, заявленных в январском послании президента.
- Если восстановление мировой экономики начнется в III квартале 2020-го и будет сопровождаться увеличением цен на нефть и другие российские экспортные товары, то, скорее всего, рост экономики в этом году будет немного выше нуля, сильно различаясь по полугодиям. Если же эффекты от пандемии окажутся более глубокими, а беспрецедентные зарубежные программы поддержки недостаточно эффективными, то потребуются существенно большие расходы средств ФНБ, но даже с ними экономика потеряет не менее 3 % ВВП в этом году.
За последние три недели, когда пандемия спровоцировала кризис на мировых и российских рынках, начавший бушевать в полную силу в Европе и Северной Америке, сложилось мнение, что наступили те самые шок и черный день, ради которых и копился фонд, хотя и существенно в более быстрой и тяжелой форме, чем ожидали даже штатные пессимисты. Закрытие границ, резкое снижение экономической активности, карантинное прекращение работы существенной части предприятий торговли и услуг привели к апокалиптическим ожиданиям и требованиям немедленно начать «разбрасывать деньги с вертолетов» через прямые выплаты населению. Активно критикуется и недостаточный размер заявленных программ поддержки экономики, по сравнению с американскими или европейскими по совокупным расходам превышающих 20 % годового ВВП соответствующих стран.
В отличие от США и Германии, где программы поддержки выдвигались едиными пакетами, российские планы озвучиваются постепенно с увеличением размера ассигнований и гарантий по мере углубления кризиса и понимания того, активность и занятость в каких отраслях страдают больше всего. По итогам первых трех недель довольно четко вырисовывается расчет властей на следующий сценарий: острая фаза эпидемии и первая фаза экономического кризиса в Европе и США пройдут примерно за три месяца, на что показывают начавшиеся смягчение карантинных мер и восстановление экономической активности в Китае и Южной Корее. Триллионы долларов программ господдержки в этих странах смогут поднять цены на экспорт с катастрофических уровней начала марта. Улучшившаяся конъюнктура при подешевевшем рубле поможет бюджету и снизит необходимые дотации для поддержания текущих затрат.
В середине года решения будет возможно принимать в условиях меньшей неопределенности и будет значительно более понятно, куда необходимо тратить живые деньги. До этого времени власти предпочитают аккуратно оттягивать момент, то есть в основном выдавать гарантии, кредиты и отсрочки, вводить разнообразные каникулы, размазывать издержки и убытки между бюджетом, бизнесом и банками. ФНБ по нынешнему курсу хоть и большой (порядка 11,5 трлн рублей + остатки на счетах казначейства примерно 1 трлн), но не безразмерный. Даже при благоприятном сценарии уже не менее 2 трлн рублей будут потрачены на обещанные в январе дополнительные социальные расходы, нацпроекты, выплаты регионам и на формирующийся дефицит текущего бюджета. Банк России также держит курс на стабильность — решение не менять ключевой ставки при одновременном принятии пакета послаблений для банков и заемщиков также способствовало смягчению ситуации, сохранив инструменты на случай ее ухудшения.
При отсутствии возможности займов в десятки процентов ВВП под нулевую или отрицательную ставку стратегия «сбережения патронов» считается вполне разумной.
Отличием этого кризиса от предыдущих является то, что он имеет нефинансовую природу — и под наиболее сильный удар попали не крупные компании и банки (как в 2008 или 2014 году), а малый бизнес и закредитованные граждане, теряющие текущие доходы. Если с кредитной нагрузкой (в первую очередь в иностранной валюте) банков и корпораций все достаточно позитивно, то как донести помощь до безработных граждан и теряющих финансовую устойчивость малых и средних предприятий, представляется сложной задачей. Несколько месяцев отсрочек могут позволить выстроить такую систему.
А пока типичными могут быть программы, аналогичные заявленным в пятницу Андреем Белоусовым и Минпромторгом. Первый вице-премьер заявил о беспроцентной программе беспроцентных или низкопроцентных (до 4 %, ниже ключевой ставки ЦБ) кредитов на выплату зарплат (формат и детали пока непонятны, операторы — Сбербанк и ВТБ). Минпромторг вчера предложил достаточно обширную программу поддержки потребительского сектора и бытовых услуг (включая даже продуктовый ретейл, который пока, скорее, выиграл в рамках кризиса). Этот пакет добавит около 400 млрд рублей за счет новых расходов или же отмены налогов (впервые предложена отмена и отсрочка НДС для отдельных отраслей) из регионального и федерального бюджетов. Кроме того, предусмотрены кредиты под государственную гарантию и такая нерыночная мера, как ограничение на ставки аренды, причем не только государственного и муниципального имущества. Скорее всего, помощь другим пострадавшим секторам, например пассажирским авиаперевозкам, будут осуществлять по аналогичной схеме как временную меру до прояснения ситуации.
О том, что властям удается справиться с ситуацией и их действия вызывают доверие, говорит стабилизация на рынке ОФЗ — доходности в длинном конце кривой отыграли около половины от расширения с февраля. Курс рубля также стабилизировался, несмотря на продолжающийся коллапс на рынке нефти, отсутствует паника банковских вкладчиков. В ближайшие недели и месяцы правительство будет занято борьбой с пандемией, а ЦБ поддержанием устойчивости банков и финансовых рынков. Соответственно, не будет и резких движений (раздач денег населению, рекапитализации банков). Основные решения и расходы отложены до июня-июля, когда будет понятен масштаб урона от вируса и его последствий.
Если ставка на скорую глобальную реанимацию сработает, то начнется быстрый восстановительный рост, а экономика станет удовлетворять отложенный спрос. Ущерб в отдельных отраслях, например в отдыхе и очных развлечениях, окажется более долгосрочным, но в основном выход из кризиса будет быстрым, и год закончится ростом около нуля, возможно и выше при резком улучшении конъюнктуры в 2-м полугодии и на избытке глобальной ликвидности. Если же крупнейшие экономики мира не войдут в восстановительную фазу, то нас ждут тяжелое 2-е полугодие и существенные расходы из ФНБ не только в этом, но и в следующем году.
